Андрей Шишигин рассказал о том, что значит быть пермяком, и необходимости упора местных властей на локальную идентичность. А также её устойчивости относительно роста патриотических настроений.

Об учёном: Андрей Шишигин, кандидат социологических наук, доцент кафедры философии и общественных наук ПГГПУ. Научные интересы: этносоциология, социология города, социология культуры, социология семьи.

_MG_7209

По данным нашего исследования, проведённого в декабре 2012 года, 90% жителей города считали себя пермяками (научный проект «Пермь как стиль», реализуемый специалистами ПГГПУ). Но что значит быть пермяком? Для этого необходимо родиться и вырасти в столице Прикамья (об этом сказали 35% опрошенных), жить в этом городе (45% опрошенных). Всё остальное, например, особенности речи не столь значительны, то есть ключевое значение имеет внутренняя самоидентификация, а не внешние атрибуты. Что касается фактора жизни в городе, который является наиболее важным, то в интервале трёх-десяти лет возможна замена одной локальной идентичности на другую. Именно такой интервал является рубежом обретения «пермскости». За это время заканчивается обучение человека, он устраивается на работу, начинает карьеру, обзаводится семьёй. В результате с той или иной территорией связывается довольно плотный отрезок жизни. Именно поэтому локальная идентичность в отличие от любой другой (гражданско-политической, региональной, территориально-географической), как правило, насыщена эмоциональными связями. Кроме того, в город можно просто влюбиться. Поэтому в некоторых случаях принимать её проще, чем остальные формы идентичности.

Но если говорить конкретно о Перми, то здесь идентичность является двойственной. Пермяками считают себя как родившиеся в краевой столице, так и на территории региона. Кстати, это довольно уникальная характеристика. Такого нет, например, в Екатеринбурге.

Прмк

Вообще территориальных идентичностей много, и они образуют своего рода матрёшку: гражданско-политическая (гражданин России), территориально-географическая (житель Урала), региональная (житель Пермского края), локальная (житель Перми). Их удельный вес меняется. Идентификации можно актуализировать и добиться того, что одну из них человек воспринимает как более значимую, чем остальные. У нас это наглядно видно на примере гражданско-политической идентичности (гражданин России). В 2012 году в качестве первостепенной её отмечали 29%, а в 2014 уже 39%. Подобный рост связан с такими знаковыми событиями последних лет, как Олимпиада в Сочи и присоединение Крыма. Но этот рост произошёл не в ущерб местной идентичности. В 2012 году на первое место её ставили 46%, а в 2014-м — почти 43%, что примерно одинаково. Подвижки в пользу гражданско-политического отождествления в основном произошли за счёт снижения значимости региональной идентичности.

При этом можно сказать: чем выше социальный статус человека и его доходы, тем охотнее он заменяет локальную идентичность, как первоочередную, на иную. И здесь наблюдается движение в сторону космополитизма. Ведь у такого человека есть возможность для путешествий, он видит жизнь и за пределами Перми. Снижается уровень территориальной привязки и у самых малообеспеченных жителей по причине их атомизации. Поэтому ключевое значение локальная идентичность имеет для людей среднего достатка. Из профессиональной группы — это бюджетники.

Можно сказать, если человек родился пермяком, то пермяком он и умрёт

Пол не влияет на приоритет местной идентичности. Повторюсь, самыми важными факторами явились длительность проживания и факт рождения в Перми. Более того, можно сказать, если человек родился пермяком, то пермяком он и умрёт. Во всяком случае вероятность этого очень велика.

Вообще у нас в стране локальная привязка человека долгое время находилась в тени национальной. Хотя в той же Европе до XIX–XX века преобладали именно местная и конфессиональная идентичности.

При этом не стоит забывать, что любую идентичность можно конструировать. Этот процесс начинается ещё с роддома, когда отец берёт свёрток с ребёнком, перевязанный лентой того или иного цвета. Разумеется, локальное отождествление не исключение. Более того, на мой взгляд, его выстраивание должно быть одним из приоритетов в работе местных властей. И Пермский край уже давно столкнулся с проблемой, когда наиболее активные, творческие и энергичные люди отсюда уезжают. Если в Перми не будет предпринято новых попыток каким-то образом развивать локальную идентичность, то процент людей, для которых она важна, начнёт стагнировать. Развитие местной специфики важно и для развития туризма. Эта сфера в постиндустриальном мире уже стала ведущей в экономике некоторых стран. И в крае есть много чего привлекательного для туристов, но преподнести мы это не можем. Однако за счёт голого пиара и ничем не подкреплённой пропаганды здесь, конечно, ничего не добиться. При этом возможности конструирования тоже не безграничны и мысль о том, что на пустом месте, просто так можно что-то слепить — несостоятельна.

Жизнь в крупном городе по определению стандартизирована. Это касается и транспорта, и заведений общепита, и досуга, и даже городских проблем. Но в этой связи можно вспомнить движение «корней травы», представители которого в пику глобализации стремятся вернуться к «истокам». Подобное может принимать разные формы, например отказ от McDonald’s в пользу посикунчиков. Это вполне работает, и многие люди находят здесь некую отдушину. Хотя и там, и здесь — фастфуд, но в силу местного колорита он и переваривается легче.

кнопка деньги 3