Повороты судьбы Александра Турчевича отразились и на культурно-архитектурном облике Перми. Сначала Турчевичу-Глумову удалось модернизировать театральное городское пространство, а затем, следуя канонам модерна, оставить след в истории архитектуры.

Театральный роман Александра Турчевича

В этом году исполнилось 160 лет со дня рождения выдающегося пермского архитектора Александра Бонавентуровича Турчевича (1855–1909). Многогранность его личности счастливо совпала с тенденциями эпохи русского культурного Ренессанса, именуемой Серебряным веком. Органично восприняв влияние современного ему европейского модерна, Турчевич создал свой собственный стиль зодческой деятельности. За 24 года, отданных архитектуре, по его проектам было построено до 150 зданий, в том числе 40 завершённых и 10 неоконченных церквей.

Человек редкой одарённости и широких художественных интересов, Турчевич оставил также яркий след в истории пермской театральной и общественной жизни. Пермский краевед Е. А. Спешилова писала: «По мнению современников, таланты Турчевича как архитектора, актёра и художника развивались параллельно, и во всех этих видах искусства он был прекрасен. Искусство было смыслом его жизни. В Перми им построено более 30 зданий. Сейчас осталось с десяток. Давайте их беречь». Согласимся, осталось немного. Но имя Турчевича постепенно выходит из забвения благодаря исследованиям, публикациям и возрождению общественного интереса к истории культуры города.

Тема жизни Турчевича видится как непрерывный, естественный и напряжённый порыв к высшей степени художественным достижениям. К счастью, он был в этом не одинок и само время стремительных преобразований, наступившее в России в конце XIX века, ему помогало.

Потомственный польский дворянин, Александр Турчевич по окончании Киевской гимназии поступил в московское Строгановское училище. Здесь он увлёкся театром, почувствовал вкус к актёрской деятельности и под псевдонимом Глумов стал выступать на различных сценических площадках. Приехав в Пермь в конце 1870-х, Турчевич-Глумов быстро завоевал авторитет среди своих коллег-актёров. Он представлял собой новый тип театрального деятеля — широко образованного, демократичного, наделённого неутомимой фантазией и умением организовать сложный театральный процесс. В осенний сезон 1884 года он стал режиссёром и директором Пермского театра, а через два года предложил общественности новые принципы постановки театрального дела не только в Перми, но и Екатеринбурге. Турчевич их изложил в московской газете «Театр и жизнь» и в газете «Екатеринбургская неделя» и получил сочувственные отклики не только от редакций — начались переговоры с Екатеринбургской и Пермской думами.

По сути, речь шла о реформе провинциальных театров, имевшей долгосрочной целью переход от сезонных трупп к постоянным. Он писал: «Я и актёр, и режиссёр, и декоратор, и антрепренёр. Мне одинаково близки интересы всех деятелей сцены, поэтому я особо живо чувствую, как тяжело отражается сезонная служба на театральном деле, и я страстно желаю помочь по мере моих сил этому дорогому для меня и падающему делу. Я хочу поставить дело на новых началах: заменить сезонные контракты двухгодовыми». Турчевич-Глумов, успешно продвигая свой театральный проект, отдавал себе отчёт в необходимости вложения в него солидных средств. Он предполагал сделать это за счёт денег от продажи полученных им в наследство имений.

Пожалуй, 1886 год был самым драматичным в жизни Турчевича — он не смог приступить к осуществлению новой, одобренной городскими думами Перми и Екатеринбурга антрепризы, так как получение наследства по независящим от него обстоятельствам отодвигалось на полтора-два года. Это был жестокий удар, приведший к резкому ухудшению здоровья. Тем не менее, Турчевич находит в себе силы передать дело известному в России антрепренёру П. М. Медведеву «с большими для себя убытками», о чём пишет письмо в городскую думу, надеясь, что власти «против такой передачи ничего иметь не будут». А в завершающих письмо строчках слышны благородные интонации Глумова-Турчевича: «Ещё раз приношу городскому обществу мою искреннюю благодарность за оказанное мне доверие и душевно сожалею, что случай лишил меня возможности оправдать это доверие на деле». Поправить здоровье помогло творчество, но уже в другой сфере — архитектуре.

В 1888 году в Перми появляется «Строительно-техническое бюро А. Б. Турчевича», деятельность которого сродни реформе в изменении облика губернского города, что происходила стремительно и с невероятными художественными открытиями.

С этого времени и до самой кончины Турчевич был одной из самых известных и деятельных личностей пермского общества. Он не расстался с театром и реализовал свой талант актёра, режиссёра и декоратора в спектаклях Пермского драматического кружка, объединившего любителей театрального искусства из числа пермской интеллигенции (П. Н. Серебренникова, А. Г. Городцова, З. В. Кашперовой). Участие кружка в благотворительных концертах и спектаклях, распространённых в те времена, обеспечивало высокие сборы в пользу нуждающихся. В равной степени талантливо оформлял Турчевич праздничные балы и благотворительные лотереи, сочинял «живые картины» и сценарии литературно-музыкальных вечеров, на которых нередко выступал. Но главным делом его жизни стала архитектура.

Дом Грибушина — жемчужина пермской архитектуры


_DSC4093 (1)

Этот прекрасный бело-голубой особняк на бывшей ул. Покровской (ныне ул. Ленина) хорошо известен пермякам. Знаменитый пастернаковский «дом с фигурами», богато украшенный изысканной лепниной, маскаронами и вазонами, музыка в камне, гимн прекрасному искусству, символ исчезнувшей России эпохи Серебряного века, венец творческого гения блестящего архитектора Александра Турчевича.

Удивительно, но среди местных исследователей до сих пор нет единства в определении архитектурного стиля, в котором построен дом Грибушиных. Так, в солидном справочном издании «Историко-архитектурное наследие Пермского края», вышедшем в Перми в 2011 году, утверждается: «Дом имеет классическую архитектурную основу…, вместе с тем, в его декоре присутствуют черты как барокко, так и модерна, что в целом создаёт для рубежа XIX–XX веков эклектичный образ». Но можем ли мы назвать этот памятник архитектуры образцом эклектики?

Турчевич, будучи выдающимся зодчим, углублённо изучал теорию и практику архитектуры своего времени, в совершенстве овладел приёмами популярного в начале XX века стиля модерн. Даже беглое сопоставление особняка Грибушина с принципами модерна позволяет сделать вывод: Турчевич реализовал их в этом здании практически полностью! Судите сами.

Здания модерна естественно включались в природное окружение. В ясный день силуэт дома Грибушина сливается с лазурными небесами и белыми облаками. Галерея-анфилада, пересекающая дом с востока на запад, обеими своим краями выходила в липовый сад. С одной стороны была дверь на открытую веранду, с другой — большое окно в стене. Человек, стоявший летом посреди анфилады, видел буйство зелёной растительности и чувствовал, что находится одновременно и в доме, и в саду. Добавьте к этому пение птиц, стрекотание кузнечиков и ароматы садовых цветов, которые лились в распахнутые окна.

Здания модерна обычно проектировались «изнутри — наружу». Огромное внимание уделялось интерьеру, который предопределял наружный облик дома. В нашем случае великолепный фасад является органичным продолжением богатого внутреннего убранства. Ранним утром и поздним вечером, в часы рассвета и заката, солнечные лучи озаряют лепные потолки и мозаичный паркет всей палитрой красно-розовых оттенков.

Мастера модерна использовали стилизованные элементы различных культурных эпох: средневековья, рококо, античности, народного искусства, природные образцы. Над парадной дверью особняка Турчевич разместил витражи, не сохранившиеся до наших дней. Днём, когда солнце было в зените, разноцветные блики плыли по мраморным ступеням и зеркалам парадного входа, как по нефам средневекового собора.

В доме Грибушина, как и в других памятниках архитектуры эпохи модерна, главный фасад не противопоставлен дворовым и отсутствует деление пространства на парадное и утилитарное.

Кардинальная идея архитектурной теории модерна — синтез искусств. Модерн широко пользовался ритмикой линий, форм, объёмов, чрезвычайно любил музыкальность повторов, обнаруживая родство с символизмом в поэзии, импрессионизмом в музыке. Жилой дом Грибушиных, по замыслу творца, предназначался также и для театральных постановок. Удивительная акустика залов усиливает звучание музыкальных инструментов и человеческого голоса.

Принцип символизма искусства модерна также воплощён в особняке Грибушина. В оформлении фасада и интерьера использованы природные мотивы и формы. Это связано с пониманием архитектуры как второй природы. На другую сторону декоративного оформления особняка обратили внимание пермские исследователи, предположившие, что в нём запечатлена история семьи Грибушиных. Спешилова утверждала, что в образах рельефных масок запечатлена одна из его дочерей. Профессор В. Л. Семёнов предположил, что пятичастное деление фасада олицетворяло клан Грибушиных: Антонину Ивановну и четырёх её сыновей.

Мифологические персонажи и элементы декора показывают богатство и благополучие, щедрость и меценатство семьи. Что же ещё могут символизировать рог изобилия или вазон с фруктами и цветами? Не менее любопытны декоративные оформления интерьеров особняка. Вот ангелочек держит за узорные цепочки двух птиц, похожих на аистов. Известно, что аист — это птица, символизирующая удачу, счастье и почтительность к родителям. Но что означает ангелочек, запутавшийся в сетке и устремивший руки к голубю? А перевёрнутый чёрный цветок, рядом с ликом льва?

Особняк Грибушина — блестящее творение архитектора Турчевича, стал частью пермской истории и нашей идентичности. Информация о нём попала на страницы всеобщей истории архитектуры в 12 томах, изданной под редакцией Н. В. Баранова в 1972 году. Особняк упоминается в туристических обзорах как один из 20 лучших особняков России. Ученые Пермского научного центра УРО РАН, обитающие в доме сейчас, сберегли его от уничтожения в советский период и отреставрировали. Мы должны помнить о нематериальной ценности этого особняка и продолжать его историческое и искусствоведческое изучение.

Людмила Корж, музыкальный продюсер, лауреат премии города Перми им. Н.Н. Серебренникова

Андрей Маткин, ст. преподаватель каф. всеобщей истории ПГГПУ, автор и руководитель проекта «Старая Пермь в 3D»