Искрящаяся гениальность инженера Славянова

«Инженер Славянов» — для пермяков эти два слова почти синонимы. В земной и посмертной жизни этому человеку выпало многое. Любимая работа, радость великих открытий мирового уровня, прижизненная слава, полное забвение. И вновь слава…

27 ноября 1948 года в Молотове (так тогда назывался город Пермь) в торжественной обстановке, в сопровождении огромной толпы народа переносят гроб с останками Николая Гавриловича Славянова с бывшего церковного кладбища возле закрытого мотовилихинского Свято-Троицкого собора к Дому техники. «А детей сколько было! — вспоминает Татьяна Вершинина. — А детей сколько было! Все бежали, прямо вся Мотовилиха. Это было событие, конечно, не только для города, но и для всей страны. Народу было тьма тьмущая, весь народ провожал его. Был митинг на месте захоронения, там стояла трибуна, выступали оба сына».

В 1948 году Татьяна Вершинина была ребёнком, но она хорошо помнит события тех дней и то, какие проблемы в связи с этой историей возникли тогда у её отца — известного журналиста и краеведа Михаила Колпакова. Он был одним из инициаторов перезахоронения праха гениального изобретателя. «Удивительно, но его чуть из партии не исключили за это. А что ты, говорят, дворянина восстанавливаешь?» — улыбается Татьяна Вершинина.

Николай Гаврилович Славянов действительно был потомственным дворянином. Родился он 23 апреля (5 мая по новому стилю) 1854 года в селе Никольском Задонского уезда Воронежской губернии в семье штабс-капитана Гавриила Николаевича Славянова. Прожил Николай Славянов всего 43 года. Но сделать успел очень многое.

Жизнь Славянова неразрывно связана с Пермскими пушечными заводами. Именно здесь он сделал два своих основных открытия — изобрёл дуговую электрическую сварку и электрическое уплотнение металлических отливок. Первая инновация получила всемирную известность и произвела переворот в методах обработки металлов. «И первый в мире подогрев металла тоже осуществлён был в Перми. Это технологический приём, который до сих пор широко сварщики используют. Это очень эффективный метод», — отмечает Виктор Коротыш, председатель учёного совета при Доме-музее Н. Г. Славянова.

ФФ.60п.Оп.60п.Д.623.Н.Г.Славянов, горный начальник Пермских пушечных заводов, изобретатель электросварки

Однако изначально Николаю Славянову прочили карьеру военного. В старинном дворянском роду военная служба считалась наследственным делом. Николай Егорович, дед изобретателя, пятнадцатилетним юношей поступил на военную службу. В том же возрасте начал служить и отец Славянова — Гавриил Николаевич. Сам Николай в восемь лет был отдан в Воронежский Михайловский кадетский корпус. Хотя мальчик учился хорошо, но за два года до выпуска из корпуса подал прошение на увольнение и поступил в Воронежскую мужскую классическую гимназию. «И с золотой медалью окончив Воронежскую гимназию, он легко поступил в Горный институт», — отмечает историк Виктор Коротыш.

Физике Славянова учил известный профессор Краевич, а металлургию преподавал профессор Кулибин, внук знаменитого русского изобретателя. Вообще образование было фундаментальным. «Там было и землеустройство, и минералогия, и металлургия — вся того времени, — поясняет историк Виктор Коротыш. — Но электротехники не было. В вузах тогда ещё не преподавали электротехнику».

На последнем курсе Петербургского горного института Николай Славянов спроектировал паровую машину с особым парораспределительным механизмом, за что получил положительный отзыв совета института. Как одному из лучших выпускников Славянову присвоили звание горного инженера 1-го разряда. В мраморном зале Горного института выпускников с окончанием обучения лично поздравил император Александр II.

По окончании института Николай Славянов был направлен на Воткинский горный завод. Под наблюдением молодого инженера находилось практически всё оборудование завода. Приходилось вникать во все мелочи ремонтных и регламентных работ. А спустя несколько лет Славянова направили «в распоряжение главного начальника Уральских заводов для определения на должность управителя механических фабрик Пермских заводов». К началу 80-х годов XIX века Мотовилихинский казенный завод стал одним из крупнейших предприятий России. Здесь трудились свыше четырёх тысяч человек. Кроме производства стальных пушек, завод строил пароходы, изготовлял паровые машины, котлы и многие другие агрегаты и механизмы. Славянову в то время было 29 лет. «Он в 1883 году прибыл сюда, а уже в 1884 году его пожаловали орденом Святого Станислава 3-й степени. Вот как он себя здесь проявил», — отмечает краевед Виктор Ушаков.

На заводах в Мотовилихе Славянов занимал должности управителя орудийных и механических цехов, затем помощника горного начальника и, наконец, с июля 1891 года — горного начальника, управляющего Пермскими заводами. Быстрое движение Николая Гавриловича по служебной лестнице на казённом заводе — явление, нетипичное для инженерного корпуса того времени. «Потому что он был не только талантливым инженером, но и талантливым организатором, руководителем. Сам непосредственно участвовал во всех производственных делах, экспериментах. Сам брался за самые тяжёлые дела. Поэтому это очень уважаемый человек. И, конечно, мы вспоминаем его прежде всего как инженера, великого инженера, который, может быть, и определил тот уровень, которому должен соответствовать настоящий инженер», — говорит бывший генеральный директор ОАО «Мотовилихинские заводы» Николай Бухвалов.

Жизнь талантливого изобретателя оборвалась внезапно. 27 сентября 1897 года он подписал свой последний приказ по заводу, 3 октября присутствовал при заварке вала паровой машины, а 5 октября в 10 часов утра его не стало. Проводить управляющего в последний путь пришли все рабочие завода, а также их семьи — всего свыше десяти тысяч человек. Гроб с телом покойного от дома до ограды мотовилихинской Свято-Троицкой церкви несли на руках. На огромной чугунной плите, что прикрыла могилу изобретателя, при помощи наплавки сделали такую надпись: «Дорогому нашему начальнику и другу рабочих Николаю Гавриловичу Славянову, изобретателю электросварки, от благодарного русского народа».

ФФ.Оп.р-952.Л.705.Н.Г..Славянов горный начальник с администрацией завода 1892 г.

«Славянов — это легенда Мотовилихинских заводов. День, когда Славянов умер, был объявлен выходным, Мотовилихинские заводы остановились — в истории немного было таких случаев. Скорбели все: от руководства завода до всех работников предприятия», — отмечает бывший гендиректор «Мотовилихинских заводов» Николай Бухвалов.

С тех пор много воды утекло в Каме. И многое было забыто. После 1917 года страну покинули тысячи высокообразованных людей, в том числе около трёх тысяч дипломированных инженеров, внёсших впоследствии значительный вклад в развитие высокотехнологичных отраслей в Европе и в США. Великий Сикорский создал там геликоптер, великий Зворыкин — телевизор. Не менее великий профессор Тимошенко научил американцев русской методике прочностных расчётов. Были ещё сотни других открытий. Утрату этих незаурядных умов Советская Россия остро ощутила во время Великой Отечественной войны. Для того чтобы воспитать новое поколение советских инженеров, нужны были традиции и героические примеры. Тогда Родина вспомнила о Славянове. Немалую роль в этом сыграли два сына великого изобретателя и пермский краевед-энтузиаст Михаил Колпаков.

В 1948 году сыновья Славянова приехали в Мотовилиху, чтобы возложить цветы на могилу отца, но могилы не обнаружили. Тогда братья обратились за помощью к Михаилу Колпакову. Как вспоминает Татьяна Вершинина, вместе они нашли старых заводских рабочих (Аспидова, Губина, Петрова), «которые провожали своего Гаврилыча в последний путь и помнили, где он захоронен».

Инициативу сыновей Славянова и Михаила Колпакова поддержали на самом высоком уровне — вышло постановление Совета министров СССР, подписанное лично Сталиным. После появления этого документа в Молотове и начались поисковые работы. Как отмечает краевед Виктор Ушаков, по распоряжению властей подогнали бульдозер и начали копать в том месте, которое указали старые рабочие. Гроб с телом Славянова был обнаружен на глубине трёх метров, там же обнаружили и чугунную плиту с памятной надписью. Участник раскопок Павел Аспидов был среди тех, кто в далёком 1897 году укладывал эту плиту на гроб с телом Славянова.

Гроб, в котором покоился прах Николая Славянова, был изготовлен необычным способом. С помощью той же электросварки — изобретения великого русского инженера. И всё же для идентификации останков гроб решено было вскрыть. «Когда его открыли, он лежал, как свежезахороненный труп. Лицо на месте, мундир, ордена у него, знак горного инженера — всё на месте», — отмечает краевед Виктор Ушаков.

Современница событий Татьяна Вершинина поясняет, почему тело Славянова осталось нетленным: «Потому что воздух был выкачан из гроба, а сам гроб был заварен по методу Славянова. Поэтому его тело так хорошо и сохранилось там, в безвоздушном пространстве. Сохранилась кожа, борода, ткани мундира. А когда труп пришёл в соприкосновение с воздухом, он тут же потемнел, поэтому выставлять и хоронить пришлось уже в оцинкованном гробу».

Хоронили Николая Славянова с военными почестями — как руководителя военных заводов. Его тело везли на орудийном лафете. «Когда было перезахоронение праха Славянова, мы шли за лафетом, на котором несли гроб, — вспоминает Татьяна Вершинина. — Папа договаривался с пушкарями, которые в момент захоронения начали стрелять, то есть как салют. И договорился с авиаторами — над всей похоронной процессией кружил самолёт».

Великого русского инженера-изобретателя перезахоронили у Дома техники города Молотова. Сейчас в этом здании располагается Пермский политехнический колледж, который носит имя Н. Г. Славянова. И каждый год студентов-первокурсников у его памятника торжественно принимают в славяновцы. «Я, юный гражданин Российской Федерации, принимаю на себя благородное и почётное звание славяновца. Обязуюсь верно и самоотверженно готовить себя к службе Родине. Клянусь воспитывать в себе лучшие человеческие и профессиональные качества. Клянусь верно блюсти свою честь, честь группы и звание славяновца», — таковы слова студенческой клятвы.

«Правильный путь такой: усвой, что сделали до тебя другие, и иди дальше», — сказал в своё время гений русской словесности Лев Толстой. Крупные российские компании в последние годы существенно сократили технологический разрыв с зарубежными конкурентами, но для завоевания лидерских позиций предстоит ещё много работы. Стране, как и полтора века тому назад, остро нужны светлые головы Яблочковых и Лодыгиных, гениальное предвидение Циолковского и Менделеева, основательность и экспериментаторская отвага Бутлерова и Зелинского, технические прорывы Шпаковского и Можайского. И буквально как воздух нужна прагматическая хватка Славянова, могущего не только выносить идею, но и воплотить её в производстве, и добиться впечатляющего экономического эффекта. Будущее за подобным подходом.

— Мы испытываем дефицит людей, которые, с одной стороны, имеют хорошее базовое техническое образование, а с другой стороны, творческий потенциал, — признаётся бывший генеральный директор «Мотовилихинских заводов» Николай Бухвалов. — Чтобы они могли решать задачи не просто, как прописано в учебниках, а могли что-то своё новое внести в производство. Я думаю, что в нашей стране профессия инженера переживает ренессанс.

Вячеслав Дегтярников,

Дмитрий Софьин

Фото: Государственный архив Пермского края