Не счесть алмазов в каменных пещерах, не счесть фантазий местных «краеведов»… «В поисках вымышленного царства» — так назвал своё исследование выдающийся российский историк Лев Гумилёв. В этой книге он рассматривает происхождение и реальные основы популярной в западноевропейском средневековье легенды о христианском царстве пресвитера Иоанна, которое якобы находилось далеко на Востоке, где-то за Персией. Царство то, по мысли обывателей Средневековья, было преисполнено всяческим изобилием. Эта красивая народная легенда стала основой для блистательного романа «Баудолино», созданного крупнейшим современным писателем, историком-медиевистом, философом-постструктуралистом Умберто Эко.

С пермской землёй также связано немало древних легенд. Впрочем, в этот раз речь пойдёт о легенде совсем новой, лишённой обаяния и духа поэзии, отнюдь не претендующей на бессмертие. Несколько лет назад на одного местного бухгалтера и «независимого эксперта в области долевого строительства жилых домов» Владимира Пермякова снизошло озарение. Торжественно именуя себя «краеведом», он неутомимо продвигает придуманную им теорию о существовании на севере Прикамья города под названием «Пермь Великая».

Вообще-то Пермью Великой традиционно называли не город, а целую территорию. Слово «Пермь», по данным современных лингвистов, имеет финно-угорское происхождение и означает «дальняя земля» — Пермаа. Но интересно, что это слово на землю, где проживали именно финские народы (предки современных коми-пермяков), привезли русские. Впервые Пермь упоминается именно в русских летописях — в «Повести временных лет», написанной в начале XII века. Автор старейшей дошедшей до нас летописи монах Нестор говорит о Пермии как о достаточно известной земле — но земле, которая находилась на северо-западе от современного Пермского края.

Кандидат исторических наук, руководитель Камской археологической экспедиции Григорий Головчанский объясняет происхождение и использование термина «Пермь»: «Славяне, продвигаясь в Заволочье, между озёрами Ладожским и Онежским встретили народ вепсов (так называемую весь), в словаре которого и присутствовало слово Пермь — точнее, Пермаа. Обозначало оно «дальнюю землю». По мере продвижения дальше, на восток — северо-восток, это название закреплялось за новыми территориями, и в конечном итоге земли, на которых мы проживаем, тоже стали называться Пермью».

0_70d98_f41b393c_origСреди Пермий выделяют Пермь Малую (или Соль Вычегодскую), Пермь Старую (район реки Вычегды, притока Северной Двины) и, собственно, Пермь Великую, которая находилась на территории современного Пермского края. Мало кто знает, что своим названием Пермь Великая отчасти обязана древнерусскому святому, сподвижнику Сергия Радонежского, Стефану.

Хотя Стефан Великопермский и считается покровителем Пермского края, в современной Перми ни одного памятника ему нет — был некогда в фойе краевой библиотеки, но потом исчез в неизвестном направлении. К нашей истории Стефан имеет прямое отношение: именно в его житии впервые появляется упоминание о земле под названием «Пермь Великая».

При этом сам Стефан Великопермский в Перми Великой никогда не был. В конце XIV века он жил и проповедовал в Перми Старой, в городе Усть-Вымь, на реке Вычегде. О Перми Великой в его житии говорится как о соседней большой географической области, населённой преимущественно финно-угорскими народами. Славяне начали заселять Пермь Великую спустя полтора столетия после успения преподобного.

Бухгалтер Владимир Пермяков, решив войти в историю родного региона «сенсационным открытием», утверждает, что славяне в середине XVI столетия якобы основали в Прикамье крупный город, который по неизвестным причинам был якобы полностью уничтожен в самом начале XVIII века. А назывался этот город Пермь Великая. «По населённости он входил, может быть, даже в первую пятёрку городов России. Может быть, в тройку даже», — ни много ни мало утверждает Пермяков. Причём подобные заявления новоявленный автор делает не в васюковском «Клубе четырёх коней», а на пермском телевидении. Так прямо и сказал: «в тройку крупнейших городов»! Спасибо, что неформальной столицей Руси не назвал. Так и хочется добавить: «А рядом гномы не скучали, про горы песни напевали».

Как отмечает Владимир Пермяков, город «Пермь Великая» упоминается в труде европейского путешественника-дипломата барона фон Герберштейна «Записки о Московии», увидевшем свет в середине XVI века. Населённый пункт отмечен как «отстоящий от Москвы на 250–300 миль, на реке Вишере, за десять миль до её впадения в Каму». И это не единственный документ того времени, говорящий, как утверждает Владимир Пермяков, о существовании города «Пермь Великая».

Картами сегодня никого не удивишь, хотя и они, несмотря на современные технологии, грешат неточностями. Чего уж говорить о картах XVI–XVII веков! В России их вообще было крайне мало. Первым соотечественником, составившим карту нашей страны, стал в начале XVII века царевич Фёдор Борисович, сын царя Бориса Годунова, но эта карта не сохранилась. Иностранных карт было больше. И что удивительно, на них действительно встречается упоминание города Пермь Великая.

С иностранных географических карт и начал свои поиски Перми Великой краевед-любитель. Его внимание привлекла в первую очередь карта английского посла Энтони Дженкинсона от 1562 года, на которой Пермь Великая отмечена как город. «Если вы возьмёте любую иностранную карту, где есть Россия, до середины XVIII века, там всегда будет написан город Пермь Великая. Если вы возьмёте любой географический справочник первой половины XVIII века, практически в каждом будет написано „город Пермь Великая — столица земли Пермской“», — утверждает Владимир Пермяков.

0_135d43_5f3b0556_origМежду тем учёные-историки давно знают, что «город Пермь Великая», отмеченный на иностранных картах, ни что иное как город… Чердынь! «Есть комплекс других документов, из которых однозначно следует, что город «Пермь Великая» и город Чердынь — это один населённый пункт. То, что у одного населённого пункта два названия, — в традиции той эпохи. Город, который являлся центром некоторых территорий, носил название этих территорий», — терпеливо разъясняет кандидат исторических наук Григорий Головчанский.

Господин Пермяков же продолжает настаивать, что Чердынь и Пермь Великая — это два разных населённых пункта. На карте 1706 года чуть выше места слияния Вишеры и Колвы изображён город Сурдин (или Чердынь). Пермь Великая же расположена значительно ниже и отмечена как отдельный населённый пункт. «Чердынь — это была спутник, как Краснокамск сейчас», — на основании этой, одной лишь зарубежной карты делает безапелляционный вывод Владимир Пермяков.

«Карты, которые были сделаны за рубежом, отличались невысокой достоверностью, — отвечает на это профессиональный историк Григорий Головчанский. — Дело в том, что они создавались не путешественниками и картографами, а по описаниям путешественников, со слов других людей. И, соответственно, очень много искажений было внесено». Неточность иностранных картографов можно подтвердить документально. Сохранились «заморские» карты, где Пермь Великая вообще отмечена в Зауралье, в Западной Сибири, благополучно «расположившись» на притоке Оби.

В защиту своей версии Владимир Пермяков, приводит и другие, как ему кажется, «неоспоримые» факты. В «Географии, или Кратком земного круга описании», изданной в 1710 году, Чердынь вообще не упомянута, зато Пермь отмечена с географическими координатами. Кроме того, существует множество документов, в которых Пермь Великая и Чердынь как будто перечислены — разделены на письме запятыми. Действительно, это мы можем увидеть, например, в докладах и приговорах Правительствующего Сената за 1712 год.

Григорий Головчанский поясняет: «Что касается написания, когда несколько странно для нас Пермь Великая и Чердынь разделяются через запятую, то это просто достаточно ранняя пунктуация, нам не привычная. Вообще система становления знаков препинания — это уже XIX–XX века. А в тех трудах, на которые опирается автор, система расстановки запятых была несколько иной». В ту пору, добавляет учёный, было принято разделять запятой названия, относящиеся к одному географическому объекту. В пользу этого свидетельствует тот факт, что практически во всех документах, где Пермь Великая и Чердынь разделены знаками препинания, эти названия всегда стоят рядом. И всегда в одной последовательности — сначала Пермь Великая, затем Чердынь.

0_6499e_1ab88c67_origИзвестный историк Александр Дмитриев в своей работе «Пермская старина» в конце XIX века указывал, что Пермь Великая — это историческая область «большой» Перми, в междуречье Чусовой, Вишеры и Вычегды, со «столицей» в Чердыни. Он также отмечал, что в грамотах того времени в графе «адресат» указывали, «в Великую Пермь, в Чердынь», или просто «в Великую Пермь», подразумевая под этим не всю территорию, а её главный город — Чердынь.

В начале XVIII века топоним «Пермь Великая» исчезает. В ответ на вопрос, почему якобы существовавший город Пермь Великая «внезапно исчез», г-н Пермяков заявляет: «Я не люблю версии. Был бунт, город стёрли с лица земли и запретили о нём говорить. Я не знаю. У меня есть документы: иностранцы писали, город Пермь разрушен. Даже наши в документах писали, что ниже Чердыни до сих пор видны остатки столицы Пермского края — то есть как раз в том месте, где он на карте есть. Они не писали впрямую, что это город Пермь Великая». Эти останки «видны», наверное, только господину Пермякову. И почему другие волнения эпохи Петра Великого (например бунт Кондратия Булавина) источники описывают весьма подробно, а бунт в городе «Пермь Великая» (как мы помним, по словам нашего любителя, «третьем в России по величине») совершенно «затерялся»? На этот вопрос наш «исследователь» внятного ответа не даёт, а лишь обижается на «недоверие».

Между тем исчезновение самого понятия «Пермь Великая» в период 1716–1718 годов на самом деле объясняется очень просто. Поясняет историк Григорий Головчанский: «Это связано с новой административной реформой. И соответственно старое административное деление не актуально, и оно больше не используется. Это не связано с «геноцидом» и разрушением городов. И относится это не только к нам, но и ко всей Российской империи. Просто в системе нового административного деления определение «Пермь Великая» больше не использовалось».

В истории нашего региона есть примеры действительного исчезновения населённых пунктов. Например, до сих пор не удалость установить местонахождение первого реально существовавшего славянского поселения в Верхнем Прикамье — Анфалова-городка. Но подлинные загадки горе-краеведов, видимо, не интересуют. Заниматься мифотворчеством — куда как увлекательней! Впрочем, Пермякова не поддержало ни научное, ни краеведческое сообщество. Председатель клуба «Пермский краевед» Владимир Гладышев ёмко назвал подобные изыскания «псевдоисторическими перлами».

Вячеслав Дегтярников,

Дмитрий Софьин