Наш полк! Заветное, чарующее слово
Для тех, кто смолоду и всей душой в строю.
Другим оно старо, для нас — всё так же ново
И знаменует нам и братство, и семью.
‎О, знамя ветхое, краса полка родного,
Ты, бранной славою венчанное в бою!
Чьё сердце за твои лоскутья не готово
Все блага позабыть и жизнь отдать свою?
‎Полк учит нас терпеть безропотно лишенья
И жертвовать собой в пылу святого рвенья.
Всё благородное: отвага, доблесть, долг,
‎Лихая удаль, честь, любовь к отчизне славной,
К великому Царю и вере православной
В едином слове том сливается: наш полк!
Великий князь Константин Константинович

300px-194-й_пехотный_Троицко-Сергиевский_полкВ 1910 году в Перми был сформирован 194-й пехотный Троицко-Сергиевский полк. Его основой стали три воинские части — переведённый из Москвы 221-й пехотный резервный Троицко-Сергиевский полк (от которого наш полк получил имя и старшинство — с 29 ноября 1796 года), а также 230-й Ветлужский и 232-й Ирбитский резервные батальоны. Ветлужцы ранее дислоцировались в Казани, а ирбитцы находились в Перми с 1847 года (поначалу — под названием Пермского внутреннего гарнизонного батальона). Таким образом, многие офицеры и нижние чины нового полка были хорошо знакомы пермякам.

На отличительном знаке 194-го пехотного Троицко-Сергиевского полка изображены двуглавый орёл и белый эмалевый крест с золотыми вензелями императоров Петра Великого, Павла I и Николая II. Как и прочие полки Русской армии, Троицко-Сергиевский состоял из четырёх батальонов. По словам современников, новый полк оказался далеко не самым последним в Русской армии. Личный состав был укомплектован офицерами, среди которых было немало ветеранов Русско-японской войны.

Троицко-Сергиевский полк был расквартирован сразу в нескольких местах. Как сообщает военный историк Дмитрий Лобанов, 1-й, 3-й и 4-й батальоны находились в Перми (в районах нынешнего гипермаркета «Семья», Центрального рынка и гарнизонного госпиталя), а 2-й батальон стоял в Кунгуре.

Взаимоотношения солдат и офицеров того времени отличались от сегодняшних. Например, несмотря на то что пайка военнослужащих была достаточно сытной — мяса было больше, чем круп и овощей, — состоятельные офицеры считали своим долгом за свой счёт улучшать стол солдат.

Роднило солдат с офицерами ещё и то, что многие из них были земляками. Значительная часть командования 194-го полка была родом из Пермской губернии, и до формирования в 1910 году Троицко-Сергиевского полка они служили в Ирбитском батальоне, который к тому времени уже более 60 лет как был расквартирован в Перми.

В июле 1914 года Германия объявила войну России. Началась Первая мировая война. В нашей стране до 1917 года её называли Второй Отечественной, Великой Отечественной или просто Великой войной. На стороне Германии выступила Австро-Венгрия, позже — Турция и Болгария. Россию поддержали Франция, Великобритания и ряд других государств.

Со всей Российской империи по железным дорогам на фронт потянулись литерные вагоны с войсками. Уже в конце июля из Перми к западным границам Российской империи отправился и наш 194-й пехотный Троицко-Сергиевский полк. Как отмечает историк Дмитрий Лобанов, к тому времени уже провели мобилизацию, и полк пополнился большим количеством запасных солдат и унтер-офицеров из уездов Пермской губернии.

Из письма родным рядового 194-го пехотного Троицко-Сергиевского полка Максима Осиновских: «…Может, и приеду домой — не всех же убивают на войне, а по молитвам вашим, может, и останусь жив. Едем благополучно и весело, но как раздумаемся, что на войну, так сердце и сжимается… Везут, известно, как коров на бойню, так же и нас… в вагонах народу очень много, и спать не приходится лежа, а сижа… Но нужно же кому-нибудь защищать Веру православную, свою Родину и Царя-батюшку…».

Троицко-Сергиевский полк во время войны проявил себя блестяще, его солдаты и офицеры продемонстрировали чудеса храбрости и стойкости. Заслужив репутацию одной из лучших воинских частей, полк был представлен к награждению Георгиевским знаменем.

Историю Первой мировой войны в России знают плохо. В советское время о «чуждой империалистической войне» говорили мало. Многие её герои впоследствии, в годы Гражданской войны, стали ярыми противниками большевиков. А сами большевики во главе с Лениным во время Первой мировой рассуждали о желательности поражения своей родной страны, поэтому и говорить позже об этой войне стало «неудобно».

— У нас, к сожалению, описывались только те сражения, которые имели какое-то значение с точки зрения военной науки, — говорит историк Дмитрий Лобанов. — В истории войны существуют достаточно большие «лакуны», особенно если это бои местного значения, о которых мы практически вообще ничего не знаем, в том числе наступление русских в Венгрию. А это была достаточно успешная операция. Почему не описывается? Скорее всего, это связано с двумя причинами: во-первых, неудачный конец, а во-вторых, там подобралась очень интересная компания — Корнилов, Деникин, многие известные впоследствии белые генералы.

В той самой операции на Венгерской равнине в ноябре-декабре 1914 года принимал участие и 194-й пехотный Троицко-Сергиевский полк.

Казармы 194 пехотного Троицко-Сергиевского полка в Перми. Фото: bergenschild.ru

Казармы 194 пехотного Троицко-Сергиевского полка в Перми. Фото: bergenschild.ru

На фронт наш полк, входивший в 49-ю пехотную дивизию, прибыл в начале августа, через 11 дней после отправки из Перми. Но в серьёзные сражения вначале он не вступал. Из письма родным рядового Троицко-Сергиевского полка Максима Осиновских: «…Идём пешком по Австрии. Переходы делаются очень большие, приходится очень трудно, так что ноги все намозолили и намяли, идти не могут, но вынуждают… два дня шли голодом: без чаю и без хлеба… это не война нам, а мученье, и рады уже скорее вступить в бой…».

Осенью 1914 года Троицко-Сергиевский полк, поучаствовав в успешных боях за Галич, Николаев, Львов и Станиславов, вместе с армией продолжил наступление. Из письма родным рядового Троицко-Сергиевского полка Максима Осиновских: «…Вышли за гор. Львов. Австрийцы, только с другим полком, а не с моим, так бились сильно, что и мы не ложились, стояли всю ночь настороже, снаряды пушечные рвались… земля тряслась… Слава Богу, мы пошли на второй день по тому месту, так их лежит в поле и в лесу видимо-невидимо… были убитые и наши, но всё-таки меньше, их — больше…».

Максим Осиновских за свои заслуги был произведён в младшие унтер-офицеры и награждён Георгиевским крестом 4-й степени. Он погиб на фронте 10 декабря 1914 года, когда Троицко-Сергиевский полк участвовал в боях за Карпатские перевалы и Венгерскую равнину. Эта операция (как раз одна из тех, о которых предпочли забыть)\ между тем имела важное стратегическое значение. Русским удалось занять город Гумённое, от которого до Будапешта — столицы Венгрии — оставалось всего 200 километров.

Как отмечает историк Дмитрий Лобанов, первым ситуацию оценил командир 24-го армейского корпуса, в состав которого входила 49-я пехотная дивизия, генерал Цуриков:

— Он отправил телеграмму Брусилову — командующему 8-й армией, что вполне возможно начать наступление в Венгрию. Но в связи с тем, что были не согласованы действия штабов, время было утеряно. Австрийцы перегруппировались, подтянули свежие гонведные дивизии. У венгров существовала своя национальная армия (гонвед), это особенность австро-венгерской армии.

Как отмечали русские участники войны, венгры сражались значительно лучше собственно австрийцев. Именно венгры и атаковали фланг 24-го армейского корпуса.

На этом фланге находился Троицко-Сергиевский полк. В течение восьми дней пермяки, вместе с другими частями, вели бой в окрестностях Гумённого, но вынуждены были отступить — во многом из-за ошибок командования, в том числе легендарного полководца Брусилова.

— У нас Брусилова принято не трогать, — поясняет историк Дмитрий Лобанов, — это один из неприкасаемых товарищей, который всегда был прав. Но он допустил целый ряд ошибок. Так, он незначительные части отправил на Венгерскую равнину и не подчинил командиру корпуса конницу, которая где-то в тылу болталась и ничем не занималась. В результате получилась то, что получилось.

Русским путём невероятных усилий удалось удержать Карпатские перевалы. О потерях нашей армии можно судить по словам того же Брусилова, который ещё до наступления на Венгерскую равнину в октябре 1914 года писал что 49-я пехотная дивизия, куда входил и Троицко-Сергиевский полк, представляла собой не войска, а остатки войск. Нижний чин 194-го пехотного Троицко-Сергиевского полка Максим Осиновских так писал родным о потерях в своей роте: «…С 26-го сентября и по 9-е октября находимся, милые мои родители, в земляных окопах — в ямах. И в нас стреляют пушечным страшным огнем, а также и ружейным огнем. Числа 3-го или 4-го октября мы наступали на австрийцев, и побили наших очень много — из 270 чел. осталось человек 70 всего…».

— Подкрепления как таковые русская армия до начала 1915 года почти не получала, — говорит историк Дмитрий Лобанов. — Это было связано с особенностями воинской повинности и мобилизации, да и не думал никто, что так долго война продлится… Думается, что больше трети в Гумённом они потеряли. Много оставили пленных. В том же Гумённом был позднее сформирован лагерь для русских военнопленных.

Но история Троицко-Сергиевского полка на этом не закончилась. Он был пополнен и продолжил сражаться на фронтах Первой мировой. Так, в мае 1915 года 49-я пехотная дивизия приняла участие в ликвидации Горлицкого прорыва немецких войск.

Вообще наш полк во время Великой войны проявил себя блестяще, его солдаты и офицеры продемонстрировали чудеса храбрости и стойкости. Заслужив репутацию одной из лучших воинских частей, 194-й пехотный Троицко-Сергиевский полк был представлен к награждению Георгиевским знаменем. 1916 год прошёл относительно спокойно. В конце того года наш полк был переброшен на Румынский фронт, где принял участие в тяжёлых боях. Именно там троицко-сергиевцы и встретили события 1917 года.

Несмотря на революционный разброд и начавшийся трагический развал армии, Троицко-Сергиевский полк всё ещё оставался боеспособным подразделением. Большинство в полковом комитете составляли эсеры, которые поддерживали Временное правительство. Но к октябрьскому перевороту ситуация изменилась. Большевики попытались захватить в полку власть. А их арест, как писал позднее Ленин, стал одной из причин официального разрыва отношений между советским правительством и Румынией.

— Потом полк был расформирован, — сообщает историк Дмитрий Лобанов. — Большая часть информации о судьбе солдат и офицеров недоступна, так как по имевшейся традиции полки должны были быть расформированы в местах, где стояли до войны. Однако наш полк был расформирован в Румынии, поэтому многие документы отсутствуют. У нас есть данные, что некоторые офицеры всё же вернулись в Пермь. Большинство пополнило армию Колчака. Ну а остальные — кто куда… Мало кто пережил Гражданскую войну.

Продолжение следует

 

Вячеслав Дегтярников

Дмитрий Софьин