img_0054Психолог Светлана Борисова рассказала «Пермской трибуне» о скуке и тоске, о том, что происходит с человеком в случае нежелания желать и испытывать интерес.

 Предположим, что на противоположном полюсе желания или интереса находится скука. Что в таком случае она представляет собой с психологической точки зрения? Что отличает её от тоски, уныния, с одной стороны, и от апатии и депрессии, с другой?

— Депрессия всегда связана с падением самооценки человека, в результате чего снижается и его жизненная активность. Скука тоже предполагает отказ от желания как такового, от активности в работе, в отношениях и т.д. Но для скуки характерно обесценивание не себя самого, а мира (окружающей действительности). При этом человек не начинает ценить себя меньше, напротив, он как бы возвышается над миром, принижая его. Таких сюжетов много в русской литературе (например Александр Чацкий в «Горе от ума» Грибоедова и Евгений Онегин Пушкина). Чувство тоски же, как правило, связано с ощущением утраты чего-то значимого для человека и безнадёжным желанием возвращения утраченного.

Если человек испытывает скуку, то придёт ли он к депрессии?

— Если он ничего не предпримет, не поменяет своего подхода к жизни, поведение, сферу интересов, то отсутствие радости, удовлетворения, которые неразрывно связаны со скукой, безусловно, будут подпитывать механизм погружения в депрессивное состояние. Но, если человеку скучно вообще всё, то, наверное, он уже находится на грани отрыва от психического здоровья.

Чем может быть вызвана скука?

— Во-первых, скука может быть вызвана отсутствием или потерей смысла. Говоря об этом, нельзя не вспомнить австрийского психиатра, психолога Виктора Франкла, который написал об этом книгу под названием «Человек в поисках смысла».

Во-вторых, она может возникнуть из-за расхождения собственных интересов, с установками, вложенными в нас другими. Зачастую послушные мальчики и девочки дисциплинированно следуют на протяжении значительной части своей жизни привычкам, ценностям, заложенным родителями, учителями и т.д., но не совпадающие полностью с их личными ориентирами и мотивами. Они какое-то время идут по чужому пути, но это движение не приносит им радости и удовлетворения. И в какой-то момент их настигает разочарование во всём, что вокруг. У детей ощущение скуки может быть вызвано и тем, что их заставляют решать задачи, с которыми они уже справляются.

В-третьих, скука может оказаться ширмой, которой человек прикрывает другие проблемы. Например, он не побывал в отпуске перед каким-то большим делом. В итоге оно может показаться ему скучным, хотя он попросту устал и у него не хватает жизненной энергии на эту деятельность. То есть человек может обесценивать (считать скучным) то, с чем он в силу разных причин не может справиться.

Механизмы формирования скуки могут быть запущены и от недостатка дисциплины или саморегуляции. Если человек списывает нечто на скуку, то вполне вероятно, что он просто не может усилием воли поддержать в себе интерес к тому или иному занятию, потерпеть, выполнить рутинный этап работы. Скука в этом плане может быть следствием и непродуманной системы самомотивации.

Всё более рационализируемый образ жизни, связанный с выполнением рутинных и повторяющихся изо дня в день операций, действий, моделей поведения способствует возникновению этого состояния?

— Ролло Мэй характеризует современное общество как общество с высоким уровнем апатии, но можно ли назвать этих же людей скучающими, я сказать не могу.

Насколько опасно переживание скуки?

— На мой взгляд, она опасна, если становится основным состоянием человека. В этом случае он не сможет собрать плоды собственной жизни, пройдёт мимо них, как это сделал тот же Евгений Онегин. Сначала ему стал скучен свет, затем он погасил в себе зачатки дружбы и симпатии к Татьяне, потом ему надоела и перемена мест, а в итоге скучным стало всё. При этом Онегин сам же прошёл мимо столь важных направлений жизни. Таким образом, скука опасна тем, что человек начинает испытывать эмоции лишь одного спектра. И скептицизм, связанный со скукой, лишает человека позитивных ощущений.

onegin

Может ли скука быть полезной для человека?

— Не стоит забывать, что человек представляет большой интерес и для себя самого. Поэтому разворачивание на себя течения жизни, начиная с её физиологических свойств (еда, сон и т.д.) и заканчивая вопросами самосознания, должно способствовать проживанию жизни с интересом к ней. И возникновение скуки, если мы более-менее сознательно относимся к самим себе, является сигналом о том, что пора задуматься о смысле того, что я делаю, и внимательно оценить свою жизненную ситуацию. И если такая проблема будет сформулирована, то вероятность того, что она разрешится — очень высока, а значит, и скука пройдёт вместе с вхождением в новый этап жизни.

То есть человек каждый день вынужденно повторяет одни и те же действия (тот же сон или приём пищи), но каждый раз он должен этого хотеть, раз за разом испытывать голод?

— Да, и скука в этом смысле не что иное, как отсутствие этого голода. В психологических тестах, призванных оценить осмысленность жизни, есть шкала, описывающая жизнь как процесс из повторяющихся циклов. И внимательное созерцание себя, поддержание интереса к себе является приёмами стимулирования интереса к жизни.

Но разве скука сама по себе также не отправляет человека в позицию «созерцателя», дистанцированного от повседневной жизни, а значит, и способного оценить себя?

— В этом отношении у скуки есть здоровое ядро. Эта дистанция может позволить понять, что для человека действительно интересно, или почему то, что было ему интересно раньше, перестало быть таковым. Но человек может продолжить капсулироваться в собственной скуке и отсекать всё больше сторон собственной жизни. То есть скука может стать своего рода паузой для понимания того, куда двигаться дальше и удовлетворяет ли меня моя жизнь и моё окружение.

Насколько обоснованы заявления о специфической «русской тоске» или «английском сплине», или это лишь выдумки писателей?

— Думаю, писатели — это те люди, которые хорошо схватывают определённые настроения, культурные явления. В этом случае можно говорить о том, что в разных культурах, прежде всего северных народов, могут формироваться определённые психотехники, повседневные практики, призванные помочь человеку справиться с холодными и тёмными вечерами. Такими техниками может быть и распитие глинтвейна, созерцания огня в камине и т.д. Русская же культура биполярна, и для неё характерна смена сильной радости такой же сильной тоской или даже депрессией.

Могут ли вообще быть скучные города, дома, круги общения? Или же это лишь атрибутивные признаки того, что человеку, если и не скучно с самим собой, то он, как говорил Паскаль, чувствует собственное ничто, свою заброшенность, свою слабость, свою зависимость, своё бессилие, пустоту своей жизни?

— В литературе о Константине Паустовском есть интересный момент. В ходе путешествия по Адриатике, во время остановки в одном из приморских городов, он сел за столик в кафе, вместо того чтобы бежать наперегонки со всеми с фотоаппаратом по набережной. То есть он не устремился за впечатлениями, как остальные, а остался неподалёку от корабля и на небольшом пятачке времени проявил всю свою писательскую наблюдательность. В результате появился замечательный очерк, а те, кто разбежались по городу в поисках впечатлений, в итоге даже не могли соотнести свои фотографии с теми местами, где они были сделаны.

Но разве Паустовского нельзя назвать скучающим относительно этих людей?

— Внешне — возможно, но внутренне он был абсолютно пристрастен к жизни. Здесь это выражается как раз в его созерцательности, а созерцание и есть глубокое восприятие жизни в совокупности всех переживаний по поводу того или иного объекта наблюдения. В скуке же человек всё воспринимает поверхностно, не давая себе углубиться в тот или иной объект, пристраститься к окружающей реальности. Но стоит нам проявить пристрастность, как реальность тут же раскрывается.